• РусскийEnglishDeutschFrançaisEspañol中文(简体)
  • Кодекс

    Профессионально-этический кодекс

    Тюменского государственного нефтегазового университета

     

    ПРЕАМБУЛА

    Профессионально-этический кодекс (далее — Кодекс) — императивно-цен­но­ст­ная декларация базовых про­фессий на­­учно-обра­зо­вательной деятельности университета: препо­да­ва­телей, на­уч­­ных работ­ников, профессоров-ад­ми­нистраторов, само­обя­­за­­тель­ство уни­верси­тетских профессионалов, ориентир  самопознания и  саморегулирования профессии.

    Проблемная ситуация. Современное общество предъ­являет на­учно-об­разовательной деятельности университета вы­зовы, созда­ющие напряженные профессионально-нравс­т­вен­ные ситуации:

    * массо­визация высшего образования, его трансформация в коммер­ци­ализированную индустрию «об­разо­ва­тельных ус­луг», провоцирует снижение тре­бований к абитуриентам,  студентам, препо­дава­те­лям;

    *  само­­идентифи­кация университетов как бизнес-корпо­раций провоцирует конфликт между миссией высоких профессий, несущих перед об­ществом повышенную ответственность, и требованиями  кор­по­ра­тивной этики;

    * процесс девальвации профессионально-нравственных ориентиров научно-обра­зова­тельной деятельности универ­ситетов (то, что еще недавно считалось постыдным, сегодня для многих ста­новится нормой), фор­мирует внутренний кон­фликт сообщества: про­фес­сиональ­ная деятельность — ис­пол­нение долга или  «дело­вое пред­при­ятие»?

     Мотивы и намерения. Кодекс — этический документ профессии. Не просто «рода занятий, не допускающего любительства», «специаль­ности, требую­щей высокой ква­лификации». Кодекс определяет  про­фессию  как противоположность и реме­слу, и бизнесу и относит ее к типу деятельности, предпо­лагающему про­фе­с­сиональное призвание, служение, само­регу­лирование через этические кодексы. «Дух» профессии вы­ра­жает двой­ное назначение про­фессио­нальной этики: пред­став­лять коренные интересы  про­фессии, защищать свободы и достоинство профес­сионалов — и, через эф­фек­тив­ное осуществление профессией сво­ей миссии, проводить интересы обще­ства.

     Кодекс — сигнал университетских профессионалов  о необходимости кредита доверия  со стороны общества. И, одновременно, сигнал «профессионалам», для которых научно-образовательная деятельность все больше становится «дело­вым пред­при­ятием».

    Кодекс — способ защититься  от огульно негативных об­разов университет­ского профессионала и ответить на раци­она­ль­ные претензии общества  по поводу его добросо­вест­ности, чест­но­сти и компетентности.

    Кодекс — способ моральной рефлексии университетских профессионалов о напряженных ситуациях научно-образовательной деятельности.

    Кодекс — шанс у­держания миссии  профессии в ситуации   доминирования  установок корпоративной этики, по своей природе чреватой подавлением индивидуального профессионально-нравственного выбора.

    Кодекс — «демонстрация флага» университета, его заботы о своей репутации и конкурентоспособности, прямо зави­ся­щих от престижа и репутации базовых профессий научно-образовательной деятельности.

    Формат. Кодекс — этический документ не­­бю­ро­кра­ти­чес­кого назначения. Своим форматом он противостоит неком­пе­тен­т­но­сти в пре­дъ­я­влении требо­ва­ний к универ­ситетскому профессионалу «от имени професси­ональной этики», спекуляциям на мотивации высокой профессии.

    Устав университета, должностные инструкции для пер­сонала, доку­мен­ты менеджмента качества и другие средства администра­тив­ного регулирования  пре­д­пи­­­сывают стро­го регламенти­рован­ное поведение бе­зот­но­си­тель­но к мораль­ному вы­бору субъекта и потому обес­пе­чива­ют ско­рее легальность по­ведения.

    Не являясь  ни  «добровольным ошей­ником», ни ин­стру­ме­н­­том «мо­раль­ной полиции», декларированные Ко­дексом ценности  — предмет внут­рен­не­го решения. Но не част­ного ли­ца, а профес­си­онала. От­ве­чающего перед про­фес­сией и за профессию, которой общество доверило саморегулирование.

    * Формат Кодекса определен установкой на реально-дол­жное:  содержащиеся в нем нормы соответствуют профес­си­онально-нравст­вен­ным ситуациям, складывающимся в координатах здесь и сейчас. В то же время установка на реально-должное не означает попустительского оправдания нравов ссылками  на «трудные обстоятельства».

    Формат Кодекса предполагает культивирование ком­пе­тентности университетского профессионала в проблемах мо­ра­льного выбора. Но пред­ла­гае­мые Кодексом ориентиры не  изба­вляют профессионалов  от са­мо­сто­­я­тель­ного  решения профессиональ­но-нра­в­ст­вен­ных конфликтов. Кодекс — сво­еобразная ло­­­ция для творческого мораль­ного выбора в кон­кретных ситу­ациях на­учно-об­разо­вательной деятельно­сти.

     

    МИРОВОЗЗРЕНЧЕСКИЕ ОРИЕНТИРЫ

    Университетский профессионал — субъект мораль­ного выбора. Препо­да­ватель, научный работник, уни­вер­си­тетский администратор — не просто объ­ек­ты  внешних тре­бо­­ва­ний, «исполни­тели функции», дисципли­ни­ро­ванно следу­ю­щие дол­­жно­стным инструкциям. Они — субъекты  мо­раль­но­го выбора:

    —  осознанно при­нимающие мировоз­зрен­чес­кое решение как относительно сло­жившихся в профессии нравов, так  и отстаиваемых ею нрав­ст­венных норм: последова­тель­но исполнять профе­сси­о­нальный долг? пред­по­честь позицию «двойной морали»?  цинично согласиться с про­фес­сиональными деформа­циями?

    — лично приверженные цен­нос­тям своей профессии, они не делегируют персональный профессионально-нравственный  вы­бор  своей организации;

    — готовые проводить цен­но­с­ти  профессии через  нравственно-конф­лик­­тные си­туа­ции,  тре­бующие   ради следования одной из мо­ральных норм  поступиться другой. Типичные ситуации такого рода: про­тиворечие требований профессиональной этики — и этики организации; столкновение ценностей высокой профессии — и требований от имени «интересов университета», идентифи­цирующего  себя как бизнес-кор­по­ра­цию по ока­за­нию образо­ва­тель­ных услуг; противоречие требова­ний профессио­наль­ной этики — и требований общественной морали; кон­­фликт норм в рамках профессио­нальной этики.

    Служение в профессии. Ценность Служения Делу прямо не заложена в административных документах уни­верситета. Возвышение слу­жбы до служе­ния — персональ­ная задача уни­верситет­ского профессионала. Пафосное слово «служе­ние» — не заносчи­вость касты, а ориентация на миссию высо­кой профессии.

    Характе­ристика высокая противостоит тезису «все профессии обслуживают», выделяя особые профессии, которым  обще­ство намеренно дает не просто «функцию», но миссию. И, вместе с такой избранностью —  сверх­нагрузку. Не от адми­нистрации, а от собственного понимания профессио­налом при­­роды его деятельности.

     Установка на служение в высокой профессии пред­по­лагает, что университет­ский профессионал не просто исполняет работу в рамках эле­мен­тарной порядочности, которая обращена к каждому чело­веку, но готов поднять планку моральных требований к себе. Понимая, что ценность служения в профессии не поддается стоимостному определению — как правило, она  больше того, что экономика соглашается выплатить университет­скому профессионалу. Сознавая, что мо­ти­ва­ция высоких профессий — не просто «жизнь за счет про­фес­сии», но, во многом, «рабо­­та на веч­ность». И даже в сложных ры­ночных обстоятельствах миссия науки и образования как гу­ма­нистически мотивированных про­фес­сий не отменяется.

    Профессиональный успех. Профессия по­ощряет моти­вацию достижения, стремление к вер­ши­нам успеха, культи­вирует чу­вство гордости за достигнутое. В си­туации стол­кновения одновременно практикуемых в про­фессии стратегий  выжива­ния и агрессивно-циничного ус­пеха, Кодекс поддер­живает как тех университет­ских профес­сионалов, кто понимает необязательность совпа­де­ния про­фес­сионального успеха с «денежным», или вообще не ори­ен­ти­рован на распространенные критерии успеха, так и тех, кто амби­циозен и нуждается в моральном оправдании своей ориен­тации на успех.

    Кодекс поддерживает мотивацию достижения, регулиру­емого нормами этики успеха. Истинный профессионал обя­зан своим успехом не свободе от моральных ограниче­ний, стихии амора­лиз­ма,  а дос­той­ному моральному выбору. Стремление к дости­же­ниям пред­по­ла­гает особую заботу о соответствии це­лей и средств в достижительном процессе  требо­ваниям морали.

    Своим успехом профессионал обязан не просто удаче-везению, стечению обстоятельств, а собственным достиже­ниям, при­нимая на себя ответ­ственность и за свой не­успех:  он может «терять по­чву под ногами», но  не ищет виноватого, отстаивая свое видение успеха как удела личного выбора и ответственности.

    Кодекс пола­гает огра­ни­ченной оценку профессио­на­льного успеха лишь по уровню ма­териального дохода: она уместна ско­рее в бизнесе. Педагог и исследователь, прежде всего «успевают» в таком трудно исчис­лимом вознаграждении, как исполнение призвания, в успехах своих студентов и аспирантов.

    ИМПЕРАТИВЫ ПРОФЕССИИ

    Профессионально-этическая компетентность. Не суще­ст­вует некоей исключительной этики, кото­рая бы ос­вобождала университетских профессионалов от мо­ральных обязательств, лежащих на всех людях вообще. Более того, Кодекс предъявляет к профессионалам особые  требования.

    Ко­­м­пе­тен­тность университетского професси­онала не ис­черпывается  уро­внем владе­ния специаль­нос­тью, «функ­цио­нальной», «опе­­рацио­наль­ной» сторо­ной про­фессио­нализма. Университет­ский профессионал принимает на себя ответствен­ность не только за пра­вильное исполнение рабо­ты, но и за исполнение пра­ви­льной работы. Правильной с точки зрения профессионально-эти­ческих ценностей научно-образо­ватель­ной деятельности — без «скидки»  на мас­со­визацию университетского образования, включенную в инду­с­трию «об­разо­ва­тельных услуг».

    Пра­виль­ной с точки зрения дисциплины знания. Знание, оп­ре­деля­емое как истинное и правильное, по сути своей и методу его получения  налагает на университет­ского профессионала не­измеримо более строгие об­язательства, чем администра­тивные требования: до­бывание и распространение такого знания дисциплинирует профессионала в большей мере, чем регламенты и ин­струкции.

    Императив профессионально-этической компетентности предполагает  готовность и способность университет­ского профессионала:

    * не только узнавать си­туации вы­бора, но и раци­онально формулировать его альтернативы и принимать решение исходя из принципа,  что нравст­венное достоинство средств не менее значимо, чем их эффективность;

    * определять и соблюдать  пределы власти, которой рас­полагает препода­ватель над студентом, ученый — над чело­вечеством, администратор — над преподавателями, уче­ны­ми  и сту­дентами;

    * противостоять конфликтогенной трактовке универси­те­тского образования в терминах сферы обслуживания:  университет­ский профессионал не отождествляет себя с продавцом услуг и потому считает недопустимым по­нижать высокую планку Знания.

    Профессионально-этическая компетентность в деятель­но­сти преподавателя. Педагогическая деятельность в университете лишь внеш­не по­хо­жа на деятельность школьного учителя. Но сту­дент — не школьник и профессор — не учитель. Студент мотивирован на те знания, которыми обладает профессор, зная, какого рода эти знания и для какой це­ли он хочет их приобрести. Воспитательное воздействие профессора интегрировано в обу­чение: про­фессор призван развивать нравственную рефлексию студента,  ориентировать  его на ответственное поведение в будущей профессии и жизни в обществе.

    * Реальная ситуация  ставит преподавателя пе­ред выбором: рассматривать се­бя как продавца образова­те­ль­ных услуг — или как деятеля высокой профессии, академи­ческая добросо­вестность которого зна­чима и сама по себе, и для обеспечения эффективности и качества преподавания.

    Выбор преподавателя в пользу академической добросо­вестности пред­полагает последовательное исключение форм нечест­ного поведения, подрывающих не просто качество, но и смысл образования: продажа студентам контрольных, кур­совых, дипломных работ; попустительство посредством зачета работ, не являющихся результатом их собственного труда, или учетом «связей» студентов для получения более высокой оценки; упрощение содержания учебного курса.

    Выбор преподавателя в пользу академической добросовестности пре­дпо­лагает, что в  стремлении к степеням и званиям он ос­новы­вается на законных, прозрачных, справедливых крите­риях, исключающих предъявление к защите квалифика­ци­онных работ, которые не являются результатом его собственного тру­да, в том числе, обладающих признаками воров­ства (плагиата), использование родственных или служе­б­ных связей для получения искомых степеней и званий и т.д.

    Академическая добросовестность преподавателя предпо­лагает, что он прежде сам  до­л­жен стремиться к честности и лишь на таком основании ра­с­простра­няет это стремление на остальных членов университетского  сообщества.

    * Актуальным предметом проявления академической до­бросовестности является диспозиция преподавателя по отношению к студенту. Ассиметрия их отношений  риско­ва­нна деградацией в назидательную или снисхо­ди­­тель­ную тональность, высокомерное об­ращение со студентами, злоупотребление их зависимым по­ложением. Профессор стоит выше студента только в единственном аспекте — в знании своего предмета.

    * Профессионально-этическая компетентность  препо­дава­теля испытыва­ется осознанием сформулированной ака­демическим сообществом нравственной конфликтности  си­туации оценки успехов студентов: в ходе экзамена препо­да­ватель должен оце­нивать только  предъявленные студен­том зна­ния, умения и навыки  — или  он должен  делать поправки на личность сту­де­н­та, его особые жизненные обсто­ятельства,  объясняющие неудовлетвори­тельный уровень зна­ний?

    Кодекс рекомендует предложенный академическим со­об­щес­твом принцип: гарантом обеспечения справед­ли­вости как главной ценности в любой оценочной деятельности  яв­ляется объективность. В ходе итогового оценивания не следует «нагружать» оценку несвойственными ей функциями — воспитательной, мотивирующей, ориентиру­ю­щей, поддер­живающей (утешительной). Все эти функции адекватны толь­ко промежуточным  оценкам.

    Профессионально-этическая компетентность пре­по­да­вателя предполагает готовность противостоять по­рокам сооб­щес­тва: груп­по­вой эго­из­м, противо­постав­ленный обще­об­ществен­ному интересу, беспредель­ность границ педаго­гичес­кой солидарности, ложное пони­ма­ние престижа профессии, «чести мундира», уклонение от личной ответственности за «пе­да­гогический брак» и т.п.

    Профессионально-этическая компетентность в  исследо­ватель­ской деятельности. Университетский профессио­нал раз­деляет принятые в международном ака­деми­ческом сообществе цен­ности интеллектуальной сво­боды и соци­альной ответст­ве­н­ности и полагает значимым са­мо­определение к сфор­­мулиро­ванным научным сообщест­вом  принципам, нарушение которых приводит к деградации научного сообщества, снижению качества производимого знания, появлению псевдонауки:

    Универсализм. Знание не зависит ни от каких внешних ар­гументов, но только от аргументов самого знания.

    Всеобщность (коммунизм). Научное знание только тогда легитимно, когда оно является достоянием всех. Даже постоянная борьба за научный прио­ритет не отменяет принципа всеобщности знания.

    Внезаинтересованность. Бесприст­растность парадок­саль­но отделяет профессиональную деятельность научного сотрудника от иных видов деятельности.

    Организованный скептицизм. Этот принцип предпола­гает ответственность каждого члена сообщества за все, что на­писано коллегами и потому лежит в основе полемики и ар­гументации в науке. Научный сотрудник — сам себе оппонент.

    Профессионально-этическая компетентность ис­сле­до­вателя предполагает го­товность противостоять по­рокам со­об­­­щес­тва: недозволенные методы конкуренции исследо­вателей, практика насаждения культов тех или иных ученых, со­здание «клик», групповщи­на,  самовозвели­чивание, «подси­жи­­ва­ние», зависть и т.п. признаки  «загряз­нения» научной атмосферы.

    Профессионально-этическая компетентность в деятель­ности профессора-администратора. Современ­ный уни­верситет — крупномас­штабная организация, сложность которой повышает ответственность универси­тет­ского админист­ратора. Однако предмет этой от­вет­­ственности не тождест­вен заботам топ-менеджера бизнескорпо­рации или чино­в­ника госслужбы: специфика «предмета» управ­ле­ния определяется предназ­начением университета, тем более что университетский администратор  и сам одновременно принадлежит профессиям, кото­рыми управляет. Кодекс идентифицирует универси­тет­ского админи­ст­ра­тора  как профессора-администратора.

    * Профессор-администратор — субъект выбора  в ситуации столкновения цен­ностей высокой профессии  и требований универ­ситета-корпорации в тех случаях,  когда университет иден­ти­фи­ци­рует себя в качестве  «кор­по­ра­ции-предприятия по ока­за­нию образова­тель­ных услуг». Кодекс предполагает, что при не­обходимости такого вы­бора профессор-админист­ра­тор от­дает приори­тет ценнос­тям базовых про­фессий научно-об­разовательной деятельности, сознавая, что­ такого рода корпора­тивность не должна раз­мывать университетские этичес­кие ценности, на­но­ся тем са­мым  ущерб качеству пре­­по­да­вания и исследо­ва­ний.

     * Профессор-администратор дейст­вует в ситуации столкновения требо­ва­ний профессиональной этики и этики органи­зации в том случае, если университет забюрократизирует научно-образовательную деятельность.  Профессиональная этика понимает и оправдывает  до­бросовестное исполнение профессором-администратором своих функ­ци­о­нальных обязанностей, но требует последова­тельного пре­одо­ления бюрократизма как професси­ональной деформа­ции.

    * Профессиональная этика профессора-администратора понимает и оправдывает его стремление  к карьерным до­с­ти­жениям, но требует пос­ледо­вательного преодоления  карьеризма как професси­ональ­ной деформации. Для профессора-администратора естественна значимость  ста­туса и долж­ности, целеустремленность к карьере. Однако профес­сио­нальная этика не одобряет такую цену карьеры, как деперсонализация и конформизм,  лояльность организации в ущерб нравственной независимости и кри­тическому мышлению.

    * Профессиональная этика профессора-администратора понимает и оправдывает его ориентацию  на честный за­ра­­боток профессионала, но тре­бует бескомпромиссного неприятия коррупции и скры­того лоббизма. Кодекс предполагает прио­ритет ценностей Служения над ценностями, присущими «де­ловым отношениям».

    * Профессиональная этика понимает и оправдывает сосредоточенность профессора-администратора на заботе о престиже, репутации, имид­же университета, но противо­стоит профанации, псевдоновизне, формальному новатор­ству, борьбе за имидж, неадек­ват­ный реаль­ным успехам университета.

    Университетский профессионал в ситуации конфликта требований профессиональной и корпоративной этик. Импе­ра­тивы профессии не сущест­вуют в замкнутом пространстве: университетский профессионал однов­ременно выступает и субъ­ектом корпорации-органи­за­ции.

    Первый тип объективного конфлик­та требований профессио­нальной и корпоративной этик к университет­скому профессионалу — следствие нрав­ственных оппозиций корпоративизма:

    * защищенность соци­ального и профессионального ста­ту­са, удовлетворение пот­реб­ности в профессиональном признании, профессио­наль­ном общении  —  зависимость мо­ральной позиции университетского профессионала от кор­по­ратив­ной солидарности, чреватой возможной  жертвой ценностями высокой профессии во имя «мора­ль­ной спайки»;

    * корпоративная лояльность — отчуж­де­ние индивидуального выбора как атрибута професс­иональ­ной этики, перенос ответственности за моральный выбор с индивида на организацию;

    * солидаризация университет­ского профессионала с интересами корпорации, —  патрони­ально-клиен­тель­ные установки, под­ме­на про­фес­сионального достоинства  безропотным исполнительством, отказ от непредписанной «инстанциями» суве­ренности решений, оценок внутрикор­по­ративной политики с помощью нравственных критериев.

    Ориентир снятия моральных рисков культивирования корпоративности при пренебрежении ее нравст­вен­ными оп­позициямислу­жеб­ная  роль корпо­ративной этики  и прио­ритетная роль этики профессии.

    Второй тип объективной конфликтности требований профессио­нальной и корпоративной этик к университет­скому профессионалу — следствие дуализма корпора­тивной само­­иденти­фика­ции универ­си­тета:

    — Если университет идентифицирует себя в качестве кор­по­ра­ции-пред­приятия по ока­за­нию образова­тель­ных услуг, возникает ценностное напряжение: кор­по­ра­­ция-предприятие, рискующая вольно-невольно трансформироваться в бизнес-корпорацию,  — или научно-образователь­ная корпорация, органи­зую­щая дея­тельность высоких профессий. В такого рода конфликтной ситуации Кодекс — вслед за Миссией-Кредо — исходит из универ­си­тет­­ского приоритета ценностей «вы­со­кой про­фессии».

    — Если университет идентифицирует себя в качестве  научно-образователь­ной корпорации, органи­зую­щей деятельность высоких профессий,  Ко­декс предполагает необ­ходимым системное со­г­ла­сование  в жизни универси­тета двух конфлик­ту­ющих этик: профес­сио­на­льной и кор­по­ра­тивной. В таком согласовании интересы корпорации — ско­рее сред­ство. Очень важное средство — без корпоративной ор­ганизации базовые профессии на­учно-образо­ва­тельной дея­тельности совре­менных уни­верситетов бессильны. Но все же средство, а цель — ценностные ори­ентиры высокой про­фе­с­сии.

     «Минимальный стандарт» профессионально-пра­виль­­­но­го поведения.  «Минимальный стандарт» — не «скидка» в уро­вне про­фес­сио­нально-этических тре­бо­ваний, даваемая со ссылкой на «трудные обстоятельства», и не  инструкция, от­чуждающая университет­ского профессионала от статуса субъекта морального вы­бора. «Ми­нимальный стандарт»технология пра­ви­ль­­­­ного испол­нения профессии: незнание-неисполнение  профессиональных правил под­рывает основы профессио­нали­зма, не только миссию, но и функцию профессии. Требования  «минимального стандарта» — этическая ра­ци­онализация этих правил, в том числе «секретов» про­фес­сии, которые  не всегда извес­т­ны за ее  преде­лами и потому могут быть ис­пользованы не­до­б­росовестно.

    Предполагая продолжение работы университета над своими этическими документами, Кодекс фиксирует «минимальный стандарт» профессионально-правиль­ного поведения профессора-администратора.

    * Профессор-администратор не до­пускает под­ме­ны содержания формой, превра­щения фор­ма­­льного сле­до­вания инструкции или распо­ряжению в «слу­же­бное рве­ние», гос­подства рутин­ных проце­дур  над про­дук­тив­ностью, до­миниро­вания бюрократического стерео­типа «ини­ци­атива наказуема».

    * Профессор-администратор сохраняет открытость для общественного контроля над своей деятельностью, готов к предъявлению университетскому сообществу критериев принятия решений и к объяснению способов их применения в конкретных ситуациях.

    — Профессор-администратор готов противостоять таким  по­­рокам иерархических отношений, как бесчув­ст­венность по отношению к «управ­ляемым», грубость и за­пу­ги­вание; равнодушие, барство и надменность; автори­тар­ность, стрем­ление к личному благополучию за счет других.

     

    Действенность Кодекса

    * Кодекс не сосредоточен на внешнем  контроле и санкциях, не допускает превращения этического по своей природе документа в репрессивный инструмент, в способ тотального контроля за поведением университетского профессионала. Кодекс   предпо­ла­га­ет, что  профессионализм участников аттестационных процедур  удер­жит их  от интерпретации этического документа в духе документов административно-правовых. Применение Кодек­са за рамками интервала его эффективности  может обер­нуться скорее ущербом для репутации университета.

    * Действенность Кодекса поддерживается этической комиссией. Не являясь ни «моральным начальством», ни «мо­раль­ным судом», комиссия выступает институцией саморе­гули­рования про­фес­­сии.

    Относительно ситуаций профес­сионально-нравствен­ных конфликтов комиссия выполняет эксперт­но-консуль­татив­ную роль. Этической ко­мис­сии предстоит преодолеть искушение свести свою работу к санкциям и решиться на придание самостоятельного значения про­цессу анализа нравственно-конфликтных  ситуаций:  процедура важнее «приговора».

    — Относительно ситуаций нарушения требований ««Минимального стандарта» профессионально-правильного поведения университетского администратора»»  ко­миссия выступает в роли инстанции нравст­венного кон­троля, не допускающей при этом возможной бюрок­рати­зации.

     —  В  задачи комиссии входит мониторинг профессио­наль­но-этичес­ких конфликтов, разработка программ повышения профессионально-этической культуры университетских профессионалов, распространение информационных и ди­дактических материалов, проведение деловых игр, семинаров.

    ***

    Многолетняя практика деятельности университета позволяет гово­рить о нем как о «постоянно обучающейся корпорации». Со­от­­ветственно, Кодекс — предмет непрерывного совершенствования и развития. Создание Кодекса — не разовое «мероприятие», но нравственно от­вет­ственный способ жизнедеятельности университетского со­обще­ства, не  «раз и навсегда»  законченный доку­мент, но текст, который постоянно обновляется и развивается.

     

     

    Принят на заседании Ученого совета.

    Протокол № 4 от 28.12.2009.